Про уродов и детей

Про уродов и детей

Я не хочу, чтобы мой сын учился в российской школе. Я не хочу, чтобы его пытались воспитывать тупые ублюдки, по какому-то недоразумению называющиеся учителями. Я уверен, что они в принципе неспособны научить чему-то хорошему.

Сегодня я увидел очередной видеоролик, а точнее, опубликованную на YouTube аудиозапись фрагмента беседы школьника с директором и психологом лицея №41 города Владивостока, а так же с инспектором по делам несовершеннолетних. Подобное уже случалось, но сегодня с треском было пробито очередное дно.

Поводом для беседы стал страшный проступок, совершённый 16-летним школьником: он принёс в школу значки «Навальный 20!8» и рассматривал их во время большой перемены.

Увидевшая значки учительница сказала что «только предатель мог принести в школу такой значок и она должна была донести директору об этом предательстве», а директор — что «ношение значка Навального равносильно ношению холодного оружия» и пошло-поехало.

Всего восемь минут записи дают прекрасное представление об этих людях. Слушаешь, и чувствуешь сначала недоумение, затем злость, а потом — брезгливость. И от последнего ощущения мне никак не удаётся отделаться даже сейчас.

Начнём с банальных вещей: они — тупые. Чтобы это понять, достаточно просто услышать их речь. Я не филолог, но даже моё ухо режут фразы:

  • Ты себе такую роешь ерунду.
  • Ты понимаешь, что ты себе закрыл путь на образование на дальнейшее?
  • Начни с себя пожалуйста, для того, чтобы требовать от нас, какие шаги мы должны перед тобой отчитываться.
  • Ну так тут грань небольшая.
  • Позицию мы тебе всю сказали.
  • Но если ты не исправишься или как-то не поменяешь в своей голове что-то и в своих мозгах..

Я раньше думал, что такое встречается только в анекдотах про военных, но это говорят сотрудники лицея. Лицея крупного областного центра, а не сельской школы для умственно отсталых!

Если абстрагироваться от того, как они говорят, и сосредоточиться на содержании разговора, становится ещё хуже.

  • Папа у тебя сейчас в морях?
  • Да.
  • ..
  • Мы запросим телефон папы, мы тоже будем ставить его в известность. Чтобы папа поторопился домой вернуться, пока тебя тут не прикрыли и не закрыли с твоими вот этими значками и прочими вещами.

Папа — в море. Эти люди живут во Владивостоке, в портовом городе, и должны понимать, что «поторопиться» папа может разве что на вертолёте. Ну или, если он в дальнем рейсе, ему нужно сойти на берег в ближайшем порту и лететь домой самолётом. И то, и другое равносильно увольнению.

И если папа действительно «поторопится» из-за того, что его сына за пару значков прессуют какие-то уроды, то только для того, чтобы утопить эту кодлу в ближайшей луже. По крайней мере у меня, как у отца, других мыслей не возникает.

Они угрожают. За несколько минут разговора они успели пригрозить подростку: исключением, папой, штрафом, тюрьмой, перспективой не попасть в институт и некоей «базой»:

  • Ты в базу вбит уже. И ты, вместо того, чтобы из этой базы выйти, как мы могли тебе поставить на полгода, через полгода снять.

Хорошо хоть не угрожали расстрелять прямо перед школой или отп%здить в спортзале всей учительской ну или там, я не знаю, на указку посадить. Больные люди ведь, с них станется.

Понятно, что все их угрозы — ложь и блеф, но интересна его конструкция: все угрозы очень смутны — «ты всё прекрасно понимаешь» — и обращены в какое-то неопределённое, но близкое будущее.

Вероятнее всего, эти угрозы — отражение их собственных фобий. Они ведь и правда боятся будущего, и от тюрьмы, когда оно наступит, им тоже зарекаться не стоит. Директор лицея не могла не участвовать в работе избирательных комиссий, а, значит, с высокой вероятностью участвовала в фальсификации выборов. А это, в отличие от принесённых в школу значков, самое настоящее уголовное преступление.

О правосудии у этих людей, кстати, представления тоже очень «своеобразные»:

  • Ну ты поприсутствовал бы, доказывал бы свою невиновность [о комиссии по делам несовершеннолетних].

Не они должны доказать, что школьник что-то сделал не так, а он должен доказывать этим идиотам и подонкам, что он — не верблюд. Воистину, чудны дела твои, господи..

Хотя, чему тут удивляться. Они сами привыкли к подобному отношению со стороны руководства и просто транслируют его дальше: кто главнее, тот и прав, кто младше — по должности, положению, возрасту — должен только оправдываться.

Извините, но это ненормально. Играми в доминирование-подчинение они пусть дома занимаются, а не в школе.

Отдельный разговор об инспекторе (думаю, мужской голос принадлежал ему). Ему принадлежит не только львиная доля косноязычных ляпов, но и великолепная фраза о том, что «Елена Владимировна (директор) пошла тебе навстречу» назначив какое-то очередное разбирательство на понедельник.

Да не навстречу, а к чёртовой матери идите вместе со своей Еленой Владимировной! Меня тошнит от этих неуклюжих попыток сделать хорошую мину при плохой игре и выставить себя чуть ли не благодетелями, прямо как в плохом детективном сериале, где следователь втирается в доверие и «раскалывает» подозреваемого.

Вы создали человеку проблемы на ровном месте, запугиваете, грозите исключением, штрафом, чуть ли не тюрьмой, впутываете родителей и даже бабушку, и — аттракцион невиданной щедрости — идёте навстречу, назначив очередную серию этого марлезонского балета на какое-то удобное всем время.

Что я вижу во всей этой истории: трое подонков и кретинов оказывают давление на подростка, чей единственный проступок — поддержка Навального, а повод — значки(!) — вызывает откровенное недоумение.

И эти людишки (людьми их назвать язык не поворачивается) работают с детьми! Я бы таких и на пушечный выстрел не подпускал, а у них — ответственные должности.

Они явно политически ангажированы и, видимо, воспринимают приход к власти Навального как серьёзную и личную угрозу. При этом сторонников Навального они сейчас опасными для себя не считают, иначе вели бы себя гораздо скромнее.

Подозреваю, что если бы у подростка на руке была татуировка «АУЕ» и вместо значков Навального на перемене он достал и рассматривал бы нож-бабочку, то у классной руководительницы не возникло бы желания его беспокоить.

И директрисса разговаривала бы совсем по-другому, если бы понимала, что после этого разговора её машину могут сжечь, как сожгли машину Юлии Латыниной.

И у инспектора его поганенькое чувство юмора мгновенно съёжилось бы и опало, как осенний лист, если бы он задумался, что ему могут настучать по голове железной трубой, как Николаю Ляскину.

Рано или поздно терпение у людей кончается, последствия у этого могут быть самые неприятные.

Родина с отработанным человеческим материалом не церемонится: полиция не будет сбиваться с ног в поисках виновников, убытки никто не компенсирует, а здоровье — не вернётся.

Надеюсь всё же, что сказанные ими слова останутся только словами, история не зайдёт слишком далеко, и этот урок учителям не придётся выучить на своей шкуре.

Вадим Жартун


источник


Поддержите проект "Новостные письма" 25 руб. или даже 100 руб.


или WebMoney WM R263157330796 ...




 

Оставь свой комментарий
секретный код
* - Обязательно для заполнения!
Тэги недопустимы и бесполезны.
Адреса, начинающиеся с http:// автоматически преобразуются в ссылки. Должны быть отделены от текста пробелами.
Электронный адрес спамерам недоступен.